RP75UR

RP75UR "Урал – Родине"

Крупнейшим пунктом промышленной эвакуации является уральский регион, разместивший к осени 1942 г. на своей территории оборудование и рабочую силу более 830 предприятий, 212 из которых приняла Свердловская область. Прибывшие на Урал заводы и фабрики использовали три основных варианта своего обустройства: одни занимали помещения родственных по профилю предприятий; другие осваивали мало приспособленные к промышленному производству площади; третьи строились в чистом поле с нуля и сами возводили цеха и административно-управленческие корпуса.

В Свердловской области прибывшие в эвакуацию заводы или полностью сливались с однопрофильными, значительно усиливая их производственную мощность, или начинали самостоятельную деятельность, становясь основоположниками новых отраслей уральской промышленности.

Так, Уралмаш, разместив на своих площадях Ижорский завод и ещё несколько оборонных предприятий, превратился в колоссальную мастерскую по производству бронетехники. В годы Великой Отечественной войны на «Уралмаше» было изготовлено свыше 19 000 бронекорпусов, 30 тысяч полевых и танковых орудий, около 6000 танков и САУ 100.

На территории Уралвагонзавода разместились Харьковский завод им. Коминтерна и Мариупольский завод, образовав Уральский танковый завод.

Сборка танков началась в ноябре-декабре 1941 года. Всего же за годы войны с заводского конвейера сошли 25 914 боевых машин. В выпуске массовых средних танков завод превзошел промышленность всей Германии. Тагильчане работали круглосуточно, отдавали все для фронта и для Победы. Так, в 1942 году за счет жителей города и ближайших поселков была создана танковая колонна «Тагильский рабочий» – 24 «тридцатьчетверки» с вокзала Нижнего Тагила отправились по железной дороге к Сталинграду. Всего же с 1942 по 1944 год уралвагонзаводцы сверх плана произвели для фронта семь танковых эшелонов

Серовский металлургический завод принял основное оборудование Краматорского и Сталинского металлургических заводов, Кировградский медеплавильный — оборудование Невского химического завода. Заметно увеличился выпуск реактивных миномётов в результате соединения производственно-технических потенциалов Уралэлектроаппарата и воронежского завода “Коминтерн”. Уральский турбомоторный завод, объединившись с 5-ю эвакуированными заводами, стал крупнейшим в стране производителем дизель-моторов.

Киевский завод “Большевик”, прибывший в Свердловск в августе 1941 г. и первоначально размещённый в помещениях гаража и производственной артели, стал фундаментом будущего гиганта химического машиностроения-Уралхиммаша.

На базе оборудования Охтинского химического комбината был создан Свердловский завод пластмасс, являвшийся в годы войны единственным поставщиком смол, шедших на изготовление дельта-древесины, авиафанеры и бакелитированной фанеры для понтонов.

Киевский “Красный резинщик” и московский “Каучук” составили основу Свердловского шинного завода и завода резино - технических изделий, начавших производить все виды резиновых деталей для боевой техники. В частности, оба предприятия за годы войны изготовили 223 тыс. обрезиненных катков для 11 тыс. танков.

Уральский оптико-механический завод (УОМЗ)

До войны завод № 217, основанный еще в 1837 году, находился в Москве, это было крупнейшее предприятие в СССР, производившее оптические приборы. 7 октября 1941 года Государственный Комитет Обороны СССР принял решение об эвакуации завода в Свердловск. За 28 дней полностью вывезли оборудование, лабораторию предприятия, материалы, полуфабрикаты, инструменты, техническую документацию и библиотеку. На Урал выехали 10 тысяч рабочих с семьями. Для эвакуации завода потребовалось 10 эшелонов, насчитывавших 630 вагонов.

За годы войны завод произвел и поставил фронту десятки тысяч оптических приборов: авиационных бомбардировочных прицелов, артиллерийских буссолей, теодолитов и топопривязчиков. В 1943 году на предприятии было разработано 17 видов вооружений, в том числе новый авиационный прицел. Именно здесь производили приемники к пулемету «Максим» и узел затвора к легендарной «Катюше».

Крепким фундаментом в строительстве мотоциклетного завода в Ирбите стали эвакуированные производства Московского мотоциклетного завода, механосборочного цеха моторов ЗИЛа и цеха коробок передач Московского автосборочного завода им. КИМа. Созданный при слиянии этих производств Ирбитский мотозавод стал основным поставщиком на фронт тяжёлых военных мотоциклов М-72, использование которых в боевой обстановке полностью лишило моторизованную немецкую пехоту преимуществ, имевших место в начале войны.

Великое передвижение на Восток предполагало не только оперативное перемещение промышленного оборудования. Важнейшими задачами являлись прием, размещение и трудоустройство эвакуированного населения. За период с июля 1941 г по декабрь 1942 г. уральский регион принял 2 млн. 127 тыс. человек, из которых 719 тыс. разместились в Свердловской области. К концу 1942 г. удельный вес эвакуированных среди населения Урала достиг 9,7 %. Местная политика размещения эвакуированных была достаточно дифференцирована: женщины, дети, престарелые располагались в сельской местности, квалифицированные рабочие, служащие и члены их семей — в городах. Причем процентное соотношение расселения приезжих различалось в зависимости от степени промышленного развития областей и республик. Так, в индустриально развитой Свердловской области 77,7 % эвакуированных были оставлены в городах.

Для приёма и размещения, эвакуированных при Свердловском облисполкоме было создано Управление по эвакуации. В городах областей действовали специальные инспекционные службы. Масса переселенцев, прибывших в уральские города, значительно усилила плотность проживания в них. Так, численность жителей крупнейших городов Среднего Урала, Свердловска и Нижнего Тагила за годы войны выросло соответственно с 423 тыс. человек до 620 тыс.; со 160,0 до 239,0 тыс.

Примечателен тот факт, что в условиях войны нехватки всего и вся, в 1943 году в Свердловске (Екатеринбург) была построена троллейбусная линия протяжённостью 9,8 километра. Имена первостроителей - начальника строительства, талантливого специалиста и организатора Т. Алиева, начальника службы энергохозяйства Б. Зубрицкого, первого директора троллейбусной службы А. Фёдорова, начальника СГЖД М. Кирильцева, начальника службы движения Н. Белоносова.

Средний Урал был глубоким тылом, где очень интенсивно шло наращивание оборонного потенциала, требующего использования значительного количества трудовых ресурсов. Мобилизация трудящихся на фронт первоначально значительно обогнала их восполнение, что порождало острую нехватку производственного персонала. Эвакуация в значительной мере облегчила расширение этой проблемы. Из всех трудоспособных людей, прибывших в Свердловскую область, более 50 % активно включились в работу на промышленных предприятиях. В связи с этим большинство заводов подверглось не только технической, но и кадровой реконструкции. В среднем доля эвакуированных работников в индустриальном производстве Среднего Урала к концу 1942 г. составила 31 %. На некоторых объектах она достигла 50-75%, что фактически приводило к формированию нового трудового коллектива.

Таким образом, в годы тяжёлых испытаний Свердловская область максимально увеличила свой промышленный потенциал за счет размещения большого количества эвакуированных предприятий. В итоге, за период войны индустриальный комплекс Среднего Урала, вобрав в себя все силы и средства предприятий, прибывших из районов, захваченных неприятелем или подвергшихся угрозе оккупации, в 7 раз увеличил промышленное производство по сравнению с довоенными показателями.

Не только трудом, но и ратным подвигом славны уральцы.

Так двести восемьдесят пять будущих разведчиков Уральского добровольческого танкового корпуса с марта по июнь 1943 года готовились к отправке на фронт. Их полигоном стал парк имени Маяковского, закрытый для горожан еще в начале войны.

Так называемая «нейтральная полоса» находилась за окопами батальона и позициями воображаемого противника. Здесь отрабатывались самые сложные упражнения. Полосу нужно было преодолеть незаметно, по-пластунски, перекатами и перебежками, а потом забросать окоп противника гранатами. По этой горке, по этим аллеям разведчики проходили каждый день из расположения на стрельбище и обратно…Сейчас на этом месте, в глубине парка, стоит памятник: разорванное мотоциклетное колесо, спицы которого символизируют лучи славы. По внутреннему ободу колеса мчится мотоциклист, за ним изображен момент боя. На внешнем ободе – фамилии 133 разведчиков под названиями операций, которые стали для них последними, и военный адрес батальона: «Полевая почта 51123». Это единственный в России памятник воинам-мотоциклистам.

Седьмой гвардейский отдельный разведывательный Пражский орденов Богдана Хмельницкого, Александра Невского и Красной звезды батальон был корпусной разведкой УТДК (то есть собирал сведения непосредственно для командования корпуса). Весь свой боевой путь от Курской дуги до Праги, разведбат шел впереди наступающих танковых частей. Каждый экипаж мотоцикла «М-72» состоял из водителя, автоматчика и радиста. Батальон был сформирован в марте 1943 года в Свердловске на территории клуба пивзавода (за южными воротами ЦПКиО им. В.В. Маяковского).

Мы уже привыкли к необычным памятникам. Во всяком случае, трудно себе представить, чтобы памятник имел сам по себе интересную судьбу, чтобы его история была хоть как-то сопоставима по значимости с событием, которому он посвящен. Монумент разведбату заслуживает как минимум отдельного рассказа.

Все начале семидесятых годов прошлого столетия, ветеран корпуса Виктор Семенович Вайнер вместе со своей женой женой Неониллой Адольфовной (заместителем директора по воспитательной работе), директором школы № 14 Ниной Николаевной Доновой и стали инициаторами встречи детей и ветеранов. Среди них была Надежда Алексеевна Кириллова (на фото) – радистка мотоциклетной роты разведывательного батальона. В разведбате с марте 1943 года, как только ей исполнилось 17 лет, и прошла войну от Курской дуги до Берлина и Праги.

От них ученики узнали, что недалеко от их школы в клубе пивзавода формировался разведбат. Они создали клуб «Искатель-14», начали поиск бывших воинов батальона, собирали информацию. В итоге набралось достаточно экспонатов для создания Музея боевой славы. А потом появилась идея установить разведчикам памятник.

Как когда-то создавался на «народные средства» сам корпус, так теперь создавался и памятник. Средства были найдены благодаря сбору макулатуры и металлолома, добровольным пожертвованиям. Этого хватило на мраморную доску. Надпись на ней сделали камнерезы ГПТУ № 142, в стенах которого формировалась Свердловская танковая бригада корпуса. Пивзавод и винзавод помогли установить железобетонное основание памятника. Весной 1971 года территория сквера пивзавода была расчищена школьниками от многолетних залежей валежника, а 6 ноября памятник, небольшой и скромный, был открыт. Тогда никто еще не мог знать о его будущей непростой судьбе.

В мае 1973 года состоялось второе открытие памятника. Теперь он был облицован белым мрамором, и на нем появился чугунный барельеф с изображением боевого расчета мотоциклистов.

Годы шли, как бы то ни было, но летом 1979 года памятник нашли поваленным лицом вниз, а доска с надписью о том, что памятник открыли школьники, бесследно исчезла.

Открытие третьего памятника состоялось в мае 1980 года. На этот раз инициаторами стали работники Октябрьского райкома. Церемония была запоминающейся: в тот день специально доставили из Ирбита мотоцикл «М-72». Тогда же в сквере посадили 133 молодых деревца

Следующий этап существования памятника связан с Центральным парком культуры и отдыха имени Маяковского, куда его решено было перенести по просьбе ветеранов разведбата. Этим занялась администрация Екатеринбурга, и к 50-летию Победы был установлен совсем новый монумент (архитектор Геннадий Голубев).

Заботятся о нем теперь не школьники, а работники парка и байкеры клуба «Черные ножи», для которых Надежда Алексеевна стала «мотобабушкой».

Но не все пропало бесследно: сохранились чугунный барельеф и мраморная плита от старых памятников. Никто не забыт, ничто не забыто! Для тех, кто вложил силы в создание памятника разведчикам, это не было просто лозунгом. Памятник менялся, разные люди принимали участие в его судьбе.

И все же первыми были те ребята – школьники семидесятых.

Можно по-разному относиться к этому памятнику. Но то, что он стоит до сих пор – это тоже своего рода победа. Победа в «войне» между памятью и забвением, которая началась тридцать пять лет назад и продолжается до сих пор.

Живые, помните о нас,

Мы в свой последний смертный час

Прикрыли Родину собой.

Живые, помните о нас…